К:- Вы учились вместе с Хмелевским, в театрально-художественном институте, на первом курсе… А что помнится из того времени? Потому что не так много вас было - шесть человек в группе. У каждого - свой характер. Чем Хмелевский запомнился? Каким он вам виделся?
С:- Жизнерадостный. Весёлый. Большой. И он чуть-что: ”Андрюха, скажи мне, если надо, я за тебя постою…” Он был крупнее нас, сильнее. Хотя я тоже не маленький. Хорошие, очень хорошие воспоминания о нём. Тёплые очень. Оля, моя жена, - актриса. У нас была одна мастерская с Васей на третьем этаже, а напротив был класс, где девочки танцевали. И вот Вася станет напротив их класса, когда они ноги поднимают-опускают, а он им рожи корчит, смешит их, мешает. На учебной практике тоже разные моменты были. Случалось, что и выпьем вина. Но уже после работы, после этюдов. Он мог больше выпить, потому что он - крупнее. Тогда это считалось здорово, если можешь больше выпить. Хотя и сейчас это многими ценится. Это я как плюс говорю. Потому что были молодые, здоровые.
К:- А вот если живописную тему затронуть. Я знаю, что у вас преподавали Аракчеев, Лившиц, Воронов, Данциг, Крохолев. А вот вы, студенты, в чем были едины и в чем отличны? Интересы Хмелевского и ваши живописные интересы - какие они были?
С:- Он был постарше нас. И был как папа. Усы у него. Солидный с виду. И он всех как бы опекал, присматривал. А в смысле живописи… Он в основном пейзажи рисовал, этюды конкретные.
К:- Этюды, пожалуй, самая интересная часть его творчества.
С:- Да. И рано он ушёл.
К:- В сорок один его не стало.
С:- А если говорить про наши интересы… Обыкновенные были интересы. Как дотянуть от стипендии до стипендии. А заботы, постановки были одинаковые. И все мы в то время были почти одинаковые. Хотя и как будто различные. Я в школе был “первый ученик среди ребят”. Я четыре раза был в Артеке. Это невероятно.
К:- Точно, невероятно. А за какие такие пионерские заслуги?
С:- Выдающийся был. Я и учился на пятёрки, и активным был. А если возвращаться к Хмелевскому, то мы все были вместе. Это было для нас начало начал. Поддерживали друг друга, помогали как могли…В школе со мной вместе ещё был Саша Исачёв. Кто ж тогда знал, что такая у него судьба будет? Была его выставка. Стоят люди, стоит очередь. И я - один из художников, кто его поддерживает. А мне в ответ:”Это непрофессионально. Это не искусство”. А я так не думаю. И говорю:”На ваши выставки стояли такие очереди?” Молчат. А что тут скажешь?
А после у нас с Васей разошлись пути. Он своей дорогой пошёл, а я - своей. А прежде - обыкновенные, юношеские, студенческие отношения. Но в общем - очень хорошие чувства он оставил. Жизнерадостный. Здоровый такой был.
К:- Все говорят:”Большой и добрый”,
С:- Да, очень хороший был. А почему он воспринимался как старший? Потому что у него дядька был, и у них был хутор где-то под Минском. И они с этим дядькой там уже хозяйство вели. Он уже был конкретно задействован не только в учебе, но и что-то строил, делал. Хотя его уважали и как художника. Его пейзажи, этюды - очень красивые. Так что пусть бы жил да и жил. Но судьба…